"Мдааа, покемоном меня ещё никто здесь не называл."
KIM MIN HYUK

"-Хаю-хай, мальчики, кто не спрятал свои грязные секретики, тот сам себе потный гоблин, - бодро и громко возвестила блондинка, открывая дверь с пинка."
EMMA MAGYAR

738
560
213
701
МАГИЯ АМЕРИКА ЭПИЗОДЫ R
время в игре: сентябрь-октябрь'18
СЮЖЕТНЫЕ ЭПИЗОДЫ
ДАМА В БЕДЕ - Elfreda Cunningham ‹19/11›
РАССЛЕДОВАНИЕ ВЕДЕТ... - Jasper Abernathy ‹19/11›
ОГНЕВИСКИ ПРИМИРЕНИЯ - Lily Knox ‹19/11›
НИ ШАГУ НАЗАД - Kim Min Hyuk ‹19/11›
ДО БОЛИ ЗНАКОМОЕ... - Thomas Foley ‹20/11›
ПЕРВАЯ КОНФРОНТАЦИЯ - Thomas Foley ‹20/11›
ДОПРОС БЕЗ ПРИСТРАСТИЯ - Lily Knox ‹22/11›
ЗВЕРИ ДЕТЯМ НЕ ИГРУШКИ... - Samantha Miles ‹23/11›
ГОРЯТ КОСТРЫ - Jethro Abernathy ‹23/11›
Вверх
Вниз

ILVERMORNY: brand new story

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ILVERMORNY: brand new story » Секреты пожелтевших страниц » Добрый алкоголь


Добрый алкоголь

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://funkyimg.com/i/2MnWF.gif

ДОБРЫЙ АЛКОГОЛЬ

ВРЕМЯ И МЕСТО:
Внутренний дворик Ильверморни
16 июня'18, поздний вечер

УЧАСТНИКИ:
Алкаши и дебоширы – Ларс Смэкхаммер и Клэр Нидандер.


«Пусть подохнут все вокруг
Есть у нас надёжный друг
Мы за ним как за стеной
Крепкий Алкоголь
В этом мире всё пройдёт
И любовь твоя умрёт
Но с тобой всегда живой
Верный Алкоголь»

[q.] Василий К. «Алкоголь»

Вечеринка в честь окончания учебного года, мягко говоря, не задалась. Будучи здорово поддатыми, немного травмированными и в хлам грустными, Ларс и Клэр отправились во внутренний двор Ильверморни, дабы поговорить о боге их – Алкоголе, и обсудить поведение нерадивых симпатий в виде Чарльза Монро и Кэссиди Филдвейк.

Отредактировано Claire Kneedander (2018-10-23 17:51)

+2

2

Меньше всего сейчас хотелось думать. Поэтому Ларс просто шел, с каждым новым поворотом ускоряя шаг. Чертова вечеринка полыхала огнем во всех смыслах.
Хотелось чего-то не связанного со словами «осмысление произошедшего» и «настроение на уровне плинтуса». Чего-то, что могло дать волшебный толчок, побуждающий к принятию случившегося и дальнейшему беззаботному существованию. К примеру… выпить. Основательно и много. Следуя данному ультиматуму, Смэкхаммер, ведомый собственными мыслями, направился во внутренний двор Ильверморни.

-Твою мать, Нидандер! – Произнес Ларс, наконец-то понимая, что все это время бездумно не обращал внимания на королеву, которую сам же предложил доставить в царские апартаменты. – Я про тебя забыл. -  Честно признался парень. Сплести бредовую отмазку, в стиле – «решил вывести тебя на свежий воздух перед сном» -  было не так уж сложно, но откровенно не нужно.

Сбагрив Клэр на ближайшую скамейку и развалившись рядом, Ларс тяжело вздохнул, обращаясь, то ли к своей закадычной спутнице, то ли сразу к небесам:
- Мне просто нужна бутылка вискаря, и я смогу принять все, что творили Филдвейк и Монро. Хотя нет, дракл их побери, мне нужно очень много, просто дохренища алкоголя, что бы для начала хотя бы не думать о них!
Не то, что бы у Смэкхаммера были наклонности к алкоголизму, если это алкоголизм, а алкоголизм, как водится известная болезнь, то добрая половина учеников Ильверморни глубоко неизлечимы. Скорее горячительная жидкость, переливающаяся из утробы мутно-стеклянного сосуда прямо внутрь – это лучшая вещь, что была изобретена на свете, для того чтобы раз и навсегда прекратить тщетные попытки разобраться в самом себе. Хотя стоит признать, что после пары стаканов тянет на философские изречения, но зато после пары бутылок - только на безумные поступки. С другой стороны, одним безумным поступком больше, одним меньше - стоит ли их вообще считать, если они уже совершены?!

К черту такие вечеринки, после которых голова ломится не от похмелья, а от всего, что там происходило. К черту вечеринки, после которых, не сидишь с друзьями в факультетской гостиной, вспоминая кто из однокурсников был в дрова, а кто склеил младшекурсницу, вместо этого анализируя выходки и неадекватное поведение близких тебе людей. Или что еще хуже, осознаешь всю двоякость собственных поступков в частности.
Смэкхаммер вообще-то не был из тех людей, кто бичует себя за собственные поступки, какими бы абсурдными они ни были, но сегодня все пошло не по накатанному сценарию. Хотя впрочем, что было не так? Королева вечеринки - была, сумасшедшие танцы - были, разгромленная мебель – тоже done. Из упущений разве, что драка – никто так и не отправился отдыхать в нокаут. Ларс, усмехнулся, отпуская контроль над своими эмоциями и за исходом сегодняшнего вечера, в небытие. Душа жаждала так называемого катарсиса любым путем.

- Эй, королева, раз уж я самовольно притащил тебя сюда, не хочешь ли ты продолжить веселиться? – Ларс подмигнул Клэр, с легкостью завуалировав словосочетание «набухаться в хлам». Что-то подсказывало Смэкхаммеру, что если Нидандер и откажется, в ближайшее время самостоятельно сменить локацию не сможет, а к тому времени, как Ларс раздобудет «лекарство» от всех болезней, королева возможно и проникнется желанием составить парню компанию. Идеальный план.

+1

3

Для того, чтобы колесо Сансары скрипнуло и начало медленно набирать скорость, его нужно пнуть, как следует, а затем держаться изо всех сил, чтобы не оказаться в новом витке трагически располовиненным. Душевно пнуть чертово колесо Клэр удалось, только вот как-то ей было не радостно. Ларс, как хороший друг и заправский рыцарь, вынес её из гостиной факультета авантюристов и теперь они направлялись куда-то. В маленьком рюкзаке, который девушка чудом умудрилась не потерять во всей кутерьме и крайне глупой драме на четверых, покоилась бутылка виски, изъятая у закадычной подружки Патриции Блад, а в душе была такая неразбериха, что даже самый способный легилимент умыл руки спустя пару минут попыток прочитать мысли рыжей.
– Ничего страшного, – с горькой иронией отозвалась Нидандер, когда Смэкхаммер водрузил её на ближайшую лавочку. – Исходя из всего произошедшего, я удивляюсь, как мы ещё не попали в гостиную Вампуса. Но спасибо.
- Мне просто нужна бутылка вискаря, и я смогу принять все, что творили Филдвейк и Монро. Хотя нет, дракл их побери, мне нужно очень много, просто дохренища алкоголя, что бы для начала хотя бы не думать о них! – трагически изрёк друг, заставив Кью выгнуть губы подковкой и безмолвно согласиться. Говоря по правде, ей было откровенно жаль Ларса, ибо сколько она его знала (а познакомились они ещё до поступления в Ильверморни) он за что-то боролся, путался в собственных размышлениях и повергал своих врагов одним взмахом палочки. Но, увы, камень преткновения всех мужчин и на его пути встретился. Такой блондинистый камешек, который игнорировать было не просто даже ей, королеве Нидандер.
- Эй, королева, раз уж я самовольно притащил тебя сюда, не хочешь ли ты продолжить веселиться?
       Клэр молча стянула с плеч рюкзачок и протянула бутылку виски. В этот момент она поймала себя на том, что с удовольствием затянулась бы трубкой, хоть никогда не курила и надавала Кэтрин по ушам, когда увидела её в прошлом году с большой трубкой а-ля старина МакГрегор. Но трубки не было. Была тишина летнего вечера и объединяющее отчаяние. Рыжая не знала, сработала ли её манипуляция на Монро или его эпический поцелуй с собственной кузиной был способом позлить Ларса ради мстительного удовольствия Кэссиди, но надеялась, что их вечер испорчен так же безнадёжно, как и их.
– Так себе веселье, – фыркнула Нидандер, приняв бутылку в свои руки. – Спасибо моему недо-бывшему и его кузине, которая влюблена в тебя до чёртиков и так сильно пытается не палиться, что сдаёт себя с потрохами, – глоток, ещё глоток, – а главное надеется, что это всё будет длиться вечно. Дура.
      Клэр достала из рюкзака зеркальце, а затем принялась стирать остатки помады с лица. Презрительно хмыкнув, она вытерла и немного размазавшуюся тушь. Зеркальце отправилось на место, а на душе стало ещё более мерзко. Думалось о том, что она упустила Монро и что нужно было его дожать ещё во времена, когда эта гадкая Стоун шаталась где-то по коридорам и была никому не известной. Но увы. История не знает сослагательного наклонения. И откатов тоже не бывает.
– Не надо удивляться. Происходящее между вами настолько очевидно, что неинтересно.

+1

4

Вечер безмолвствовал и катился в тартарары. Ларс и Клэр – два несостоявшихся алкоголика, прожигали его остатки анализом свершившегося и новой бутылкой виски, которую Смэкхаммер принял, как дар богов, что снизошли до страждущей души в лице королевы. Жаль только, что не на все посылы небеса отвечали с такой же оперативностью, очень и очень жаль. Зато, как и полагалось по закону жанра, Нидандер, как сторона потерпевшая, во всей этой сумятице, не упустила возможности посокрушаться о причинно-следственных связях, камнях преткновения всех мужчин и собственном горе, покинутой и обездоленной. Ларс, как и полагается порядочному мужику – пил и молчал. Примерно до того самого момента, пока Клэр не решила, что Смэкхаммеру хватит, оторвав его от бутылки совершенно негуманным способом.
Зашедшись кашлем, Ларс, почувствовал, как из легких быстро и беспечно выходит воздух. Попытки восстановить дыхание, как и во всех трагедиях Шекспира, не увенчались успехом. Глаза заволокло пеленой, и пронзило неприятной резью. А королева Нидандер всего-то выпалила одну крамольную фразу.

Ладонью в грудь, и спешно восполняя баланс воздуха, необходимого для нормального функционирования организма. Бутылку в сторону – на скамейку – для чего пить, если вот так с подачи легкой руки, трезвеешь в один момент.

- Что ты сказала? – Типичное мужское – лучше переспрошу, а то вдруг послышалось, и вообще мне просто пожелали доброй ночи. Но Клэр будто презирала работать по накатанной схеме и гнула свою линию, продолжая забрасывать Ларса вопиющими фактами, которые по ее мнению были очевидны всем и каждому, кроме самого Смэкхаммера. – Ты кажется, перепила, королева. – Первая стадия  - отрицание. – Ты точно двинулась из-за своего Монро, тебе везде любовные интриги мерещатся! – Вторая стадия - гнев. Вскакивая со скамейки, и оправдывая свое поведение лишь тем, что так быстрее нормализуется, сбитое ранее, дыхание. – Давай-ка усвоим раз и навсегда, ты влюблена в Монро, и это ваше личное дело. Но Филдвейк мне, как сестра, а я не сторонник инцеста.
Я ж не Монро! Да твою, мать!
Третья стадия  - торг. Ларс, посмотрел на Клэр глазами, в которых читалось все многообразие пережитого за эти несколько минут. Опустившись снова на скамейку, парень проводил взглядом действия Нидандер, которая, как ни в чем не бывало, совершала глоток за глотком. Вот она королевская выдержка.

- Ладно, с чего ты это взяла? – Принятие неизбежного или начало затяжной депрессии, что там говориться о таких случаях в умных книжках мозгоправов. Вопиющая глупость, что бы там не привиделось Клэр это всего лишь иллюзия, сотканная ее не совсем трезвым воображением, ну или же своеобразная месть Кэсс за что на этот раз?! Разве нужны женщинам по-настоящему веские причины, если одна из них основательно и бесповоротно, уже давно для себя решила ненавидеть, до скрежета зубов, другую. А эта самая другая, ничуть не уступает первой в безумной гонке.

+2

5

– Смотри не умри. Левитировать тебя по всему Ильверморни – не самое большое удовольствие в моей жизни, – иронично фыркнула Клэр. С одной стороны ей было жаль друга и она даже на мгновение подумала, что следовало подать очевидные факты более тонко, но затем всё же решила, что трэш-психология заставляет людей резко умнеть. Так было с Блад, которая долгое время не могла понять, что всю жизнь сохла по другу детства, или же с ней самой, когда ей открыли глаза на то, что Монро, в сущности, не собирался заводить с ней серьёзных романтических отношений.
       Пока Смэкхаммера плющило и колбасило от её слов, Нидандер преспокойно вытянула ноги и постаралась смириться с фактом, что залечить коленку в состоянии алкогольного опьянения – дельце посложнее, чем вправлять случайно вывихнутый набекрень мозг друга. Впрочем, идиотом Ларс никогда не был, ибо если бы был таковым, то черта с два королева всея Ильверморни бы с ним водилась. Типичным парнем – да, но не идиотом. А ещё из этого парня мог получиться один из самых талантливых деятелей США, но для этого нужно было обтесать психику так, чтобы разучился врать себе самому.
– Ты закончил? – в голосе Клэр появились металлические нотки. Ей было весьма неприятно, что за столько лет тусовок Ларс так и не понял, что её страдания по злосчастному Монро совершенно не мешают ей видеть насквозь людей. Тем более, достаточно близких. – Чудесненько.
         «Как же с вами тяжело, люди, – высокомерно размышляла Кью, четко осознавая, что сама такая же, – делаешь вам добро – негодуете, обижаетесь, давитесь виски, но стоит поступить мерзко и провести какую-нибудь хитромудрую многоходовую игру – сразу же проникаетесь симпатией. Безумный-безумный мир. И хороший виски». Девушка сделала ещё один глоток, отставила бутылку, встала и подложила здоровую ногу под попу, а затем таки соизволила держать ответ:
– Во-первых, самую очевидное доказательство – твоя реакция на мои слова, – Клэр посмотрела на Ларса так, как обычно мудрые мамы смотрят на своих отпрысков, научая уму-разуму. – Уверенный в своих чувствах, каких бы то ни было, никогда не будет взрываться и лишь покрутит у виска, но ты сразу же взорвался и обвинил меня в необъективности по причине моей роковой страсти к Чарли. Если бы мне сказали аналогичное на счёт тебя, то я бы спокойно обозначила статус «просто друзья» и этим всё закончилось. А у тебя – отрицание во всей красе.
         Лёгкое чувство превосходства приободрило расстроенную поступками Монро Нидандер. Ей всегда было легче разбираться в причинно-следственных связях других людей, манипулировать ими, создавать планы и реализовывать их, организовывать людей на активную работу, но вот мир своих чувств зачастую напоминал ядерную помесь тёмного леса с минным полем из мира не-магов: то на мине подрывалась, то тёмная тварь пыталась сожрать. Сейчас вправлять мозг Смэкхаммеру было несколько болезненным процессом. Клэр вспоминалось, как она реагировала на слова мудрой Дарси о том, что «втюрилась в этого полукровку», как убеждала, что они только «друзья с привилегиями» и как было потом больно осознавать, что в пелене самообмана она случайно отдала свою сердце и душу толстокожему кретину, которого соблазнила корыстная мразь Стоун. И понимала, что ошеломлённому сейчас другу она такой судьбы бы не хотела.
– Во-вторых, не менее очевидная её реакция на тебя. Ты, в общем-то, свободный парень и имел полное право соблазнить любую девушку с вечеринки, а затем заниматься с ней сексом в тёмном закутке, но Филдвейк, такой же толстокожий дятел, как и ты, тоже располагается в активной фазе отрицания и ведет себя, как собака на сене, вместо того, чтобы заявить свои права на тебя перед другими девушками и активно начать окучивать, – Клэр сделала несколько глотков виски. – Впрочем, житейским умом Кэссиди никогда не отличалась, в отличие от академического.

+2

6

То ли королеве было уже хватит, то ли наоборот еще не хватало, что бы занять статус пьяной девушки, которая скорее начнет изливать собственные житейские проблемы во всеуслышание, нежели сама будет читать нравоучения. Отчасти это правило зачастую срабатывало, но не зря же, именно для таких, как Клэр были придуманы исключения.
Ларс слушал и поражался сам себе, почему он еще до сих пор не остановил поток сознания Нидандер и не урезонил ее парой непоколебимых фактов. Например, таких как… и  именно на этом моменте мозг Смэкхаммера предательски перестал генерировать что либо, кроме одного умозаключения: «заткнись и просто пей!». И Ларс пил, позволяя королеве расписываться в своей всезнательности, проницательности и основах психологии волшебников в стадии юношеского максимализма.

Просто зашибись побухал на вечеринке!
А Клэр в свою очередь апеллировала все новыми и новыми фактами, якобы открывая глаза Смэкхаммера на очевидные вещи. Только вот глаза парня ну совсем не хотели на них открываться и упорно выдавали свое отрицательное мнение по данному вопросу.

- Тебе говорят, что-нибудь слова дружеские подколы, семейные разборки?! – Так просто сдавать Клэр лидирующие позиции в психоанализе, Ларс явно не собирался. – Я знаю Филдвейк с детства. Все ее беспочвенные попытки задеть меня просто оттого, что ее отец строил на наш счет какие-то личностные планы. – Смэкхаммер усмехнулся, понимая, что это действительно абсолютнейший бесповоротный бред, на который способны только прагматичные взрослые, живущие в каком-то своем отшибленном мире. Но предательское подсознание, очень живо подкидывало интересные воспоминания, в которых в очередной раз фигурировала Кэсс, выполняя роль то ли «заботливой подруги», то ли «любящей сестры» в моменты, когда казалось было очевидно, что третий здесь явно лишний. И ни в один из тех разов Смэкхаммер не задумался ни над мотивами ее поведения, ни над всегда аналогичным исходом ситуации. Третьим лишним становился кто угодно, но только не Филдвейк, и не Ларс, шею которого, она старательно обвивала руками.  – Филдвейк достаточно вертлявая особа, и если уж она что и делает, то это направленно на кого угодно, но только не на меня.

Странно, но как только последняя фраза была произнесена, Ларс тут же, перестал быть в ней уверен. Именно поэтому, отдаваясь на волю бога всея вечеринок и тусовок – алкоголю, решил, что это совсем не правильно страдать и загоняться на подобные темы в одиночку.
- А что насчет тебя. – Ларс усмехнулся. Назвать действия Нидандер на вечеринке адекватными и обдуманными можно было с огромной натяжкой. Один лишь ее поцелуй из разряда «что ты теперь на это скажешь?», заставлял Ларса пойти во банк и продолжить. – Разве это поступки достойные королевы, которой нет никакого дела ни до кого, кроме себя самой. Играть на публику, провоцировать всем своим видом и ожидать реакции на наигранный поцелуй? Неужели ты готова потерять не только самообладание, но и собственную гордость, только бы увидеть, как на все это Монро глубоко наплевать? – Еще один глоток. Ларс посмотрел на Клэр, взглядом извиняясь за все сказанное. Одно дело ставит мозг на место парню, и совсем другое играть на чувствах у девушки. Смэкхаммер догадывался, что за маской любой королевы скрывается маленькая обиженная девочка, которая вынуждена в очередной раз прятаться за выдуманное амплуа, только бы не получить толчок  под дых. Весьма и весьма удручающее чувство. Но Клэр была бы ни Клэр, если бы не умела его скрывать, оперативно, четко и без возможности найти оное.

+2

7

«И я не помню, кем был, и не знаю, кем стал, но кровь моя теперь сильнее, чем сталь.
Им крепко не повезет, когда я проснусь…»

[q.] Борис Гребенщиков, «Любовь во время войны»

– Забавно. И довольно глупо, – задумчиво произнесла Клэр, выслушивая тираду Смэкхаммера на счёт дружеских подколов, семейных амбиций мистера Филдвейка и вертлявости Кэссиди. В тот момент она осознала, что сейчас что-либо объяснять другу бесполезно. У рыжей так вообще по жизни очень часто выходило: в силу врождённой проницательности, не самой лёгкой жизни и социальной роли,  она часто видела наперед и могла составить точную картинку чьего-то дивного нового мира, коим спешила делиться, но её никогда не слушали, ибо кто послушает Кассандру? Пусть она и права. Нет, никто. Люди вообще редко хотят слышать правду и Нидандер это знала, как никто другой, ибо не далее, чем год назад она свято верила в то, что будет счастливой девушкой ловца факультета приключенцев, но реальность вторглась острым веретеном в наивную голову влюбленной девушки, а затем полностью перекроила весь маленький мирок, оставив в голове лишь зябкую пустоту. Но знала она также и о том, что однажды Ларс придёт к ней с бутылкой виски, сядет с угрюмо-прозревшей рожей и скажет: «Ты была права». Потом. Не сейчас. Сейчас настало время стрелок:
– Разве это поступки достойные королевы, которой нет никакого дела ни до кого, кроме себя самой. Играть на публику, провоцировать всем своим видом и ожидать реакции на наигранный поцелуй? Неужели ты готова потерять не только самообладание, но и собственную гордость, только бы увидеть, как на все это Монро глубоко наплевать?
       В душе Клэр появилось сразу три желания: дать Смэкхаммеру по морде, разбить бутылку об вымощенную площадку внутреннего двора и громко разрыдаться. Это был удар под дых. Идя на эту вечеринку, девушка думала, что в кои-то веке сможет веселиться, наплевав на Монро, но ничего не вышло. Алкоголь, усталость, нервы ударили в голову и вынудили пойти на поступок, который бы она не позволила себе совершить, не скрывайся за плотно вросшей маской королевы девушка, которой до зубного скрежета надоело всё происходящее в её жизни. Которая каждый день, засыпая в холодной постели под щебетания подруг, тихо говорила себе: «Завтра будет к нам добрей». Но завтра добрее не становилось. Жизнь проходила в чреде ежедневных занятий, тренировок по квиддичу, походов в дуэльный клуб, игр в шахматы и милостивого выслушивания свежих сплетен от свиты. А ещё, что с каждым днём надоедало быть Дон Кихотом, потому, что надоело бороться с мельницей. «Королева без короны, как сапожник без сапог».
        Тупо всматриваясь в ночной полумрак внутреннего двора Ильверморни, Клэр пыталась не изменить своему имиджу и при этом выпустить эмоции. Ситуация была настолько нелепая, насколько можно вообще представить. «Что там Триш говорила о современной колдомедицине?». Воспоминание о сарказме фрейлины обожгло сознание не хуже виски и заставило издать смешок. И ещё один. И ещё один. Через какие-то три секунд Нидандер уже хохотала, как буйнопомешанная, а затем вдруг зашлась приступом кашля и повалилась на лавочку, нисколько не заботясь, что она в юбке.
– Знаешь, Смэкхаммер, иногда нужно услышать то, что ты итак понимаешь, от кого-то другого. Я, наверное, лучше всех понимаю, что Монро мудак и ему, в общем-то, плевать на меня. Меня упрямо держит прошлое, не давая идти дальше, но я не удивлюсь, если после школы наплюю на всё и просто уеду в какие-то дальние края строить свой новый дивный мир, – охрипшим голосом произнесла Клэр, разглядывая звёзды. – Мне до смерти надоел этот. И я просто хочу быть счастливой, но, быть может, не там ищу своё счастье. Ой не там.

+2

8

Обманывать себя – это скорее не способ ухода от зачастую, выдуманных проблем, а такой сформировавшийся, полноценный стиль жизни. И как бы ни было банально, Смэкхаммер надеялся, что вот лично он, никогда не встанет на эту скользкую дорожку лжеистин и самообмана. Надеялся, и уверенно шагал прямиком в непроглядную бездну. Остановиться, посмотреть бы на себя со стороны, да повернуть назад, только это совсем не в правилах Ларса, слушать, кого бы то ни было и доверять всему с первого раза. Куда как правильнее, сначала пару раз поотстировать мантию, прежде чем послушать дворника, который говорит, что вообще-то скамейка окрашена.
К тому же, Смэкхаммер не слушает и не верит Клэр, потому что это весьма удобно. Ну к чему, к чему эти размышления на тему личностных отношений, более тяжелых, чем уровень «закадычных недодрузей», когда впереди свободная дорога, неизведанная, но уже определенно манящая. Когда позади школа, и все что было связано с ней. Разве достойны подобные размышления, охватывать выпускника, готовящегося к исполнению одной из главенствующих целей в жизни – разумеется, нет, ну тогда и к черту их. Эта удобная схема, которую Ларс применял неоднократно, в различные периоды своей жизни, и которой, разумеется, не стал изменять и сейчас.

Из собственных раздумий, парня вывел не гнев Клэр, что впрочем, было бы весьма логично, но нечто такое, что трудно поддавалось описанию. Смэкхаммер, наблюдал за королевой, вскинув вверх левую бровь – верный признак его глубочайшей озадаченности. Нидандер же в свою очередь впадала из одной крайности в другую, начав от размышлений холодным тоном и завершив все это истерическим хохотом, вперемешку с кашлем.
Ларса, конечно, подмывало спросить у королевы, все ли с ней в порядке, но инстинкт самосохранения, упрямо просил не усугублять ситуацию ненужной иронией и понять собственным мозгом, что с Нидандер все, ой как не в порядке.

- Клэр. – Осторожно дотрагиваясь ладонью до волос подруги, что теперь возлежала на скамейке, смотря в звездную даль. – На кой черт ждать окончания школы, если тебе достаточно поманить пальцем и ее сильная половина падет к твоим ногам. В новой жизни эта фишка может не сработать, там статус королевы придется завоевывать заново. – И Ларс, тоже рассмеялся. Ему почему-то абсолютно не виделась эта, так называемая «новая жизнь», казалось глупым и беспечным мнить, что за пределами Ильверморни, если что-то еще, достойное его внимания.

- А если твоя жизнь без кого-либо, - уверено и беспрецедентно опуская любые прямые упоминания о Монро, - кажется совершенно невыносимой и пустой, стоит сказать ему об этом. Глупая, банальщина. Да, черт возьми, Нидандер – так и есть. И говорить до тех пор, пока до него не допрет вся важность услышанного. – Ларс, снова опрокинул в себя глоток виски. – Но ты никуда не пойдешь, и не станешь никому ничего доказывать. А я не пойду к… я тоже никуда не пойду. – Никаких больше имен. – Мы просто будем сидеть с тобой на этой гребанной скамейке и бухать, как последние алкоголики, завуалировав все созерцанием звездного неба. Охренительная несправедливость! - И Ларс снова провел, по разметавшимся волосам Клэр, сообщая ей этим жестом, что-то вроде:«не бойся, если и сопьемся, так точно вместе»!

Отредактировано Lars Smackhammer (2018-11-12 23:45)

0


Вы здесь » ILVERMORNY: brand new story » Секреты пожелтевших страниц » Добрый алкоголь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC